Нужная сумма собрана

Говорят, будущее известно только Богу и только святые могут пророчествовать. Отец Серафим, Саровский чудотворец, своей жизнью заслужил это право. Он предсказал Александру I, что его род продлится триста лет и три года, что начнется он в доме Ипатьева и закончится в доме Ипатьева; предрек мученическую гибель Николая II и его детей; пророчествовал о падении и помиловании России. Пламенный Серафим совершил множество чудотворений, о которых узнает читатель этой книги. 

The KJV is one oldest English translations of the Bible and continues to be the favorite of many. It is known as the Authorized Version of 1611 because King James I approved the project to create an authoritative English Bible. Although it contains many obsolete words (some of which have changed in meaning), many people appreciate its dignity and majesty. The NKJV is a similar translation, taken from the same group of ancient manuscripts, with updates the archaic language of the KJV.
Commissioned in 1975 by Thomas Nelson Publishers, 130 respected Bible scholars, church leaders, and lay Christians worked for 7 years to create a completely new, modern translation of Scripture, yet one that would retain the purity and stylistic beauty of the original King James Version. With unyielding faithfulness to the original Greek, Hebrew, and Aramaic texts, the translators applied the most recent research in archaeology, linguistics, and textual studies.

Брак — это святое таинство, не оскверняй его внебрачными связями
До брака и после брака, или о "смешных" вещах
Подстрекательство к убийству, или еще раз о "смешных" вещах
Супружество во Христе
Дети — дар Божий, не отвергай его
Аборты и позиция Церкви
Аборты и общество
Почему бы тебе не убить одного из тех, кто уже есть?
Смертная казнь и аборты
Еще несколько слов об абортах
Вы не можете убить моего ребенка
Человеческий эмбрион получает душу в момент зачатия или позже?

Степь да степь кругом. И звезды где-то, вероятно, сияют в небесах. А у нас небо исполосовано трассирующими пулями и снарядами, изгажено осветительными ракетами. Ночной тишины нет; со всех сторон слышна стрельба, взрывы снарядов, гул моторов. Нас прижимают к Дону, клещами затягивают в мешок. Идем по степи маленькой группкой, которая постепенно обрастает отбившимися от своих частей. Во главе ее два лейтенанта. Идем, вслушиваясь в звуки и шорохи этой свистящей и грохочущей ночи.
Вдруг рядом справа немецкая речь. Инстинктивно подаемся влево. А слева по нам дают очередь автоматы. Падаем, прижимаясь к земле, единственной, спасительной. Лежим и молчим. Стрельба прекращается. Справа опять немецкая речь.